October 27th, 2014

Креветки

Женский взгляд на работу в морге.

Санитарка смерти: После такого ада мне ничего не страшно

Патологоанатом
Stewart Goldstein/Global Look

Она не пользуется духами и скрывает место своей работы. Ее спецодежда – халат, резиновые сапоги, фартук, нарукавники. Ее инструменты – ножницы, игла и молоток. Ее кошмар – запах формалина и страшная жара. Кондиционеров в морге не предусмотрено. С лампочками тоже проблема. Татьяна Ф. – санитарка патологоанатомического бюро города Волгодонска Ростовской области.

Муж-изверг избивал по ночам

8 утра. Первый клиент. Привезли труп тучного мужчины. 60-летняя Татьяна и ее напарница Наталья готовят носилки. Каталок нет. Две хрупкие женщины на себе тащат 200-килограммовое тело в секционный зал, перекладывают на стол. Вале поднимать тяжести нельзя, она инвалид третьей группы, много лет назад перенесла две операции на кишечнике, полгода ходила со стомой (трубкой, выведенной из живота), но от начальства свои проблемы со здоровьем скрывает.

Ставка санитарки морга – 4200 рублей в месяц плюс 25 процентов надбавки за вредность плюс 320 рублей – на молоко (из расчета литр в день). Еще что-то дают родственники покойных – за «индивидуальный подход» принято благодарить. Кто тысячу рублей сунет, кто две.

– А кто и обругает ни за что ни про что, – сетует женщина, – а я ко всем с душой, понимаю, что у людей горе. И если вижу – человек бедный, обратно деньги отдаю.

В морг Татьяна попала по знакомству. Ее позвал сюда бывший начальник партбюро, ее земляк Игорь Дмитрук. Они оба из Хмельницкого, что на Украине, в юности дружили, на танцы ходили и вот оказались в молодом перспективном городе атомной промышленности Волгодонске – таким он был до 1986 года, пока не грянул Чернобыль.

Патологоанатом
В обязанности Татьяны входит подготовка тела к вскрытию и погребению
Global Look

По профессии Татьяна топограф, занималась планировкой сельхозугодий, но когда все развалилось, она с трудом устроилась дворничихой при ЖЭКе, а надо было поднимать дочь и сына.

– Бывало, совсем нечего было есть. А тут работа стабильная, решила попробовать, – говорит санитарка. На самом деле она совмещает целый букет профессий, связанных со смертью, – и носильщик, и патологоанатом, и бальзамировщица, и танатокосметолог (от греческого «танатос» – смерть).

– Но эта работа не под силу такой хрупкой женщине, как вы. Да и неужели не было страшно?! – начинаю я разговор.

– Знаете, я 16 лет прожила с мужем-извергом. Он издевался надо мной, приходил ночью пьяный, будил и давай бить. Он не успокоился даже, когда я полгода ходила с трубкой в животе после операции. Я развелась, одна поднимала детей. После такого ада мне ничего не страшно, – признается Татьяна.

Молоток – чтобы достать мозг

– Что входит в ваши обязанности?

– Принимаю труп, тащу, кладу на стол, подготавливаю к вскрытию, делаю вскрытие грудной клетки с помощью ножовки и ножниц, вынимаю все органы, промываю. Врач приходит, берет ткани на исследование. Затем я прокладываю тело изнутри ветошью, бальзамирую, обмываю, зашиваю, одеваю, наношу макияж.

– А зачем вам молоток?

– Мозг же надо как-то доставать на исследование.

– У вас нет медицинского образования. Кто вас учил?

– Я недельку походила, посмотрела, как другие работают. Самое сложное – бальзамирование. Надо точно попасть иглой в сосуд, аккуратно пропустить формалин, чтобы не испортился труп. С меня за это строго спрашивают. Не дай бог пораниться, ведь нередко трупы бывают инфекционные, можно любую заразу подхватить. Но меня за десять лет бог миловал. Каждый день кварцуем помещение, обрабатываем хлоркой. Я же здесь практически без выходных нахожусь, в будни – с 8:00 до 16:00, в субботу – до 13:00, в воскресенье тоже бывает выдача усопших.

Татьяна с возлюбленным
Татьяна надеется найти счастье с иностранцем
Личный архив Татьяны Ф.

– Как вы переносите этот ужасный запах формалина?

– Тяжело. Перед вскрытием стараюсь хорошо поесть.

– А вам приходилось вскрывать тела знакомых людей?

– Несколько раз. Это невероятно трудно. Такое не пожелаю испытать никому.

Татьяна признается, что тяжелее всего ей сдерживать слезы, когда видит тела детей в маленьких гробиках. К этому привыкнуть невозможно.

/Кстати

В столичных моргах работают только мужчины

В Москве и области мне не удалось найти ни одной санитарки морга. В столичном регионе это считается сугубо мужской работой – тяжелой и хорошо оплачиваемой.

– Вы позвоните в какой-нибудь небольшой периферийный городок, там наверняка работают женщины. А у нас их никто не возьмет, так как нельзя нарушать нормативы, за этим строго следят, санитар морга – не женское дело, – отрезал председатель Московского профсоюза работников ритуальных служб Антон Авдеев.

Источник:  http://sobesednik.ru/obshchestvo/20141025-sanitarka-smerti-posle-takogo-ada-mne-nichego-ne-strashno
promo padolski июль 27, 2013 21:05 10
Buy for 10 tokens
Рассмотрю предложения по написанию материала по организованному вами блог-туру и другие разумные формы взаимовыгодного сотрудничества с одновременной подачей на страницах ЖЖ и официальной открытой группы Padolski в "Одноклассниках" https://www.ok.ru/padolski и других моих площадках. На этот…
Креветки

уходящим в октябрь....

он был из того поколения провинциальных докторов, которого знали все... и он знал всех, и со всеми имел хорошие отношения... мог решить любую проблему и знак к кому с этой проблемой подъехать...
человек, вызывающий только положительные эмоции...
и особо это необычно от того, что он был патологоанатом в одном из районных центров, где у обывателей к людям такой профессии обычно иное отношение...
трезво оценивал свой уровень профессиональной подготовки состояние современной медицины с ежедневно меняющимися требованиями, а потому не стеснялся спросить совета даже у вдвое младшего коллеги...
два раза до этого перенесшего клиническую смерть и встречающийся ежедневно со смертью на своей работе...
"умереть - не так страшно..." одна из его фраз при нашей последней встрече...
наверное так...
яркое солнце и чистое небо...
стук вбиваемых гвоздей...
печаль родных людей и равнодушие пришедших проститься поразнорядке...
ещё встретимся, Валерий Степанович...
Креветки

Наши люди (патологи) в Израиле.

Окончательный диагноз
ВЫПУСКНИК КРЫМСКОГО МЕДИЦИНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА СТАЛ ОДНИМ ИЗ ЛУЧШИХ ПАТОЛОГОВ ИЗРАИЛЯ

Олег МАРКЕЛОВ


000001Доктор Игорь Синельников не занимается лечением. Он ставит окончательный диагноз. Потому что его медицинская специальность – патолог. Но вопреки расхожим представлениям главное место работы патолога – не морг, а лаборатории с труднопроизносимыми названиями – патоморфологическая и иммуногистохимическая. А основной «контингент», с которым имеет дело врач этой специальности – не покойники, а живые люди с тяжелыми, нередко онкологическими заболеваниями. От результатов работы и квалификации патолога часто зависит жизнь пациента.

Жизнь «с чистого листа»


Выпускник Крымского медицинского университета Игорь Синельников с начала девяностых годов живет и работает в Израиле. Свою медицинскую деятельность он начинал в Запорожье как хирург-онколог, но после переезда в Израиль поменял специальность. Поначалу было сложно, вспоминает Синельников.

— Девяностые годы стали временем массовой эмиграции, когда в сравнительно небольшую страну практически одновременно приехало много квалифицированных медиков, — рассказывает он. – Так что была серьезная конкуренция. К тому же к моменту эмиграции я был уже не мальчик, а через год после переезда моя супруга родила сына.

Для подтверждения диплома, полученного в СССР, надо было сдать многочасовой экзамен, вопросы которого охватывали всю медицинскую науку – от анатомии до психиатрии. После подтверждения постсоветский доктор получал право работать врачом общей практики. Но кандидатов было намного больше, чем рабочих мест, поэтому руководители клиник могли выбирать: претендентам на работу давали год испытательного срока и после этого решали – оставить человека или нет.


0000002
Игорь Акиншевич и Игорь Синельников в Симферополе

По словам Игоря Синельникова, фундаментальная база советского образования очень ему пригодилась, но многое пришлось осваивать заново. Одна из главных трудностей заключалась в том, что вся медицинская литература в Израиле на английском языке. Пришлось серьезно «подтягивать» знание языка.

— Читать надо на английском, а разговаривать с коллегами и пациентами – на иврите, — говорит Синельников. – Сначала было сложно, а потом ничего, привык.

Выпускник Крымского медуниверситета закончил резидентуру по патологии в Израиле и получил звание специалиста. Позже он подтвердил это звание и в Европе. Вот уже 14 лет Игорь Синельников работает патологом и, кстати, считается одним из лучших израильских специалистов в этой области.

Формула болезни


С крымскими коллегами Игорь Синельников поддерживает постоянную связь. С одной стороны – это дружеские отношения с однокашниками и учителями, а с другой – практическое сотрудничество, когда симферопольские врачи дистанционно в режиме телемедицины, по скайпу или электронной почте обсуждают с Синельниковым самые сложные случаи. Ведь от правильного заключения патолога порой зависит вся дальнейшая тактика лечения: будет это операция или консервативная терапия, какой должна быть дозировка лекарств, какое необходимо количество курсов.

Особую важность окончательный диагноз (книголюбы семидесятых помнят увлекательный роман Артура Хейли «Окончательный диагноз», который был напечатан в журнале «Иностранная литература») патолога приобретает при подозрении на онкологию. Потому что диагноз в современном понимании – это не просто порядковый номер стадии заболевания, а сложная формула с большим количеством компонентов. Кроме того, есть много переходных форм, и порой даже опытным специалистам тркопределить, злокачественное это образование или нет.

А цена врачебной ошибки очень велика: либо удаляется орган там, где рака на самом деле нет, либо наоборот, ставится «хороший» диагноз, пациент уходит счастливый, а через месяц возвращается с неоперабельной опухолью и метастазами. Поэтому хирург в Израиле и на западе работает в постоянном контакте с патологом, который может оперативно исследовать фрагмент ткани с применением самых современных средств – от компьютерных томографов до специальных окрашивающих составов, позволяющих выявить злокачественные клетки.

На прошлой неделе Игорь Синельников приезжал в Симферополь для участия в работе Пятого крымского урологического симпозиума и проведения практических семинаров для крымских патоморфологов. Темы докладов-лекций, с которыми выступил специалист из Беер-Шевы, посвящены проблемам диагностики рака предстательной и щитовидной желёз. Возможность общения не в виртуальном, а в «живом» формате в этом году представилась благодаря усилиям и. о. директора университетской клиники Игоря Акиншевича и заведующего кафедрой патанатомии КГМУ Николая Новикова.

— Это было очень полезное и содержательное общение, — говорит Синельников. – Мои крымские коллеги – настоящие профессионалы.

Кстати


Игорь Синельников родился в 1961 году в Запорожье в семье медиков: его родители тоже закончили Крымский медицинский институт. Синельников – член Международной академии патологии, международный член Коллегии американских патологов. Является ведущим специалистом в известном медицинском центре «Сорока» (Израиль).

ИСТОЧНИК: http://www.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=13002
Креветки

Фото с Кубинского кладбища Колон: здесь живут ангелы.

Оригинал взят у slivovaya в Здесь живут ангелы. Кладбище Колон. Куба

Некрополь Колон в Гаване - одно из тех заветных мест, входящее не только в мой в список «Must see или что я должен увидеть за свою жизнь», но и в списки многих романтиков, мечтателей во всем мире. Почему? Потому что именно здесь, несмотря на предполагаемую мрачность, присущую местам такого рода, живут… ангелы.

Кладбище Колон (Necrópolis de Cristóbal Colón) – кладбище имени Христофора Колумба, построено в романском стиле и является одним из самых больших в Америке - 57 Га. Основано в 1876 году и находится в районе Ведадо на месте старого кладбища Эспада.Collapse )